13 января 2009 г.
12 января 2009 г.
Эпохи и пострадавшие
Тут Остроухов (который bezmolv) застыдил и запугал меня в ЖЖ. Говорит, что мыслеформы мои с пожеланиями нехорошего незнакомым людям вернуться ко мне такой же нехорошей хуйней. Чо-то я тут подумал... А вдруг и вправду вернуться? Оно мне надо будет пострадать из-за каких-то уебков. Ладно, беру свои слова убратно. Пусть не умирают. Хуй с ними, пусть живут. Не надо, чтоб их лавиной накрывало и волной смывало. Но... ну, хотя бы... пусть по миру пойдут тогда что ли... а? Ладно, а? Ну, чтоб певица Слава в переходе под Макдональдсом пела и напевала за день на покушать, а Соня Березкина с Анастасией Потаниной (если это только не про кобыл все-таки в статье) худо-бедно устроились бы на полставки училками в какой-нибудь детский спортинтернат с лыжным уклоном. Ну, хотя бы такого можно им пожелать, этим всем сукам? Мамута, наверное, не надо по миру пускать, а то вдруг русский ЖЖ наебнется. И еще, чтоб фотограф Левитин документировал всю эту новую прекрасную эпоху. И чтоб в Коммерсанте печатали фотки, как Славе ржавые копеечки в ее пожуханную кепку от Gucci кидают, и как Соня с Анастасией стоят в кассу интерната за зарплатой, а там на окошко бумажка прилеплена "Денег в кассе нет!" И, блядь, не будет! Вот пусть вот так будет. Уже помягче, да, Леша?
И еще про эпохи и обиды. Как я отчего-то, не пойми отчего, обижен на русскую олигархическую гопоту, Татьяна Никитична Толстая обижена на "совок" во всех его проявлениях. Эта горькая обида проходит у нее красной линией по журналу и в передаче, но в отличие от меня, причины своих обид Татьяна Никитична формулирует весьма конкретно. Недоставало ей, оказывается, при совке консервированной сайры. Хотелось Никитишне сайры, ан нет, ее в магазинах не было. А если и появлялась, то давали Никитишне не десять банок в руки, как она того хотела, а тока две. Вот, ебаный в рот, несчастье какое.
Только что прочитал ее прекрасное (правда, без иронии) эссе про салат "мимоза", который она выбрала в качестве символа застоя и на который слила всю свою лютую к застою ненависть. И я вот сидел сейчас вспоминал - я ведь провел при совке и детство, и отрочество и даже юность, и, знаете, чо-то ничего дурного не припоминаю. Ничего, ровным счетом ничего. Стол у нас всегда ломился от вкусной деревенской еды, которую мать готовила каждый день своими руками. Каждый день все было свежее, борщ с мясом на второй день выливался собакам, потому что считался "пропащим." Колбасы и шоколадные конфеты, конечно, появлялись в доме по большим праздникам, и мы к тому же за ними мотались в Украину, которая тогда снабжалась получше России, но я вот вспоминаю, как каждый раз прыгал от радости, когда мать объявляла: "Завтра едем в Новоазовск скупляться!". Для всех нас это был выезд из деревни, прям настоящее путешествие вовне, почти заграницу - подъем в пять утра, пять километров пешком до ждановской трассы, потом ловишь проходящий автобус час на холоде, в 7 утра уже в Украине, к вечеру обратно с сумками, а в сумках столько радости, столько радости, что уссаться. Пастила, зефир, консервы в томате, мандарины-апельсины, все это добро, оно ведь реально высокую ценность тогда имело. Оно ведь реально радовало, потому как диковинкой было.
Сервелат пах не колбасой, а праздником.
А между праздниками мы и так вкусно и сытно ели-пили и ни в чем себе не отказывали. С какого хуя голодала Никитишна, непонятно. Тем более, что Москву и Питер снабжали по той же системе, что и Украину. Чо, я не помню, как деревенские ездили в Москву скупляться точно также, как и в Украину. Ну, чего пиздеть-то?
Не, ну, понятно, что "Азбук вкуса" и "Рамсторов" не было, но... Поднапрягитесь-ка теперь и назовите мне хоть один продукт или предмет какой-нибудь, который сейчас доставил бы вам такое же оргазмическое удовольствие, найди вы его в магазине, как тогда конфеты "Мишка на севере", которые выдавали Никитишне в обмен на конголезские сказки (вот тоже бред, да?). Да не назовёте ни одного. Не напрягайтесь, расслабьтесь.
Или вот я в Бразилию прилетел, на асаи набросился, два года не ел его. Так обоссался от счастья. А ел бы я его в Москве каждый день, глаза б мои на него уже не смотрели.
Доступность радостей нивелирует их ценность, вот что.
А чо, кстати, с искусством там было, литературой, кино? Никитишна пишет про Трифонова, как одного из лучших писателей той эпохи. А я, кроме Трифонова, вам сходу еще с десяток имен назову. Потом подумаю, и еще с десяток выдам. И из кино выдам, и из литературы, да хоть из спорта. Ну, до хуя назову. А теперь что нам там за культурный багаж такой-растакой оставили свободные девяностые и нулевые? Что, все свободны? Надо бы конечно, Никитишну об этом спросить. Но она же по скромности саму себя не назовет. А кроме Никитишны кто еще? Тока не надо опять про Пелевина / Сорокина. А то мамутом сразу начинает подванивать.
Не, всё понятно, строй был дряным, руководство страдало от старческого маразма, свободы отсутствовали, и все такое, но, знаете... я вот не помню, чтоб я сам страдал от всего этого. Не помню. Мне было пиздато тогда. Да, пиздато.
И еще про эпохи и обиды. Как я отчего-то, не пойми отчего, обижен на русскую олигархическую гопоту, Татьяна Никитична Толстая обижена на "совок" во всех его проявлениях. Эта горькая обида проходит у нее красной линией по журналу и в передаче, но в отличие от меня, причины своих обид Татьяна Никитична формулирует весьма конкретно. Недоставало ей, оказывается, при совке консервированной сайры. Хотелось Никитишне сайры, ан нет, ее в магазинах не было. А если и появлялась, то давали Никитишне не десять банок в руки, как она того хотела, а тока две. Вот, ебаный в рот, несчастье какое.
Только что прочитал ее прекрасное (правда, без иронии) эссе про салат "мимоза", который она выбрала в качестве символа застоя и на который слила всю свою лютую к застою ненависть. И я вот сидел сейчас вспоминал - я ведь провел при совке и детство, и отрочество и даже юность, и, знаете, чо-то ничего дурного не припоминаю. Ничего, ровным счетом ничего. Стол у нас всегда ломился от вкусной деревенской еды, которую мать готовила каждый день своими руками. Каждый день все было свежее, борщ с мясом на второй день выливался собакам, потому что считался "пропащим." Колбасы и шоколадные конфеты, конечно, появлялись в доме по большим праздникам, и мы к тому же за ними мотались в Украину, которая тогда снабжалась получше России, но я вот вспоминаю, как каждый раз прыгал от радости, когда мать объявляла: "Завтра едем в Новоазовск скупляться!". Для всех нас это был выезд из деревни, прям настоящее путешествие вовне, почти заграницу - подъем в пять утра, пять километров пешком до ждановской трассы, потом ловишь проходящий автобус час на холоде, в 7 утра уже в Украине, к вечеру обратно с сумками, а в сумках столько радости, столько радости, что уссаться. Пастила, зефир, консервы в томате, мандарины-апельсины, все это добро, оно ведь реально высокую ценность тогда имело. Оно ведь реально радовало, потому как диковинкой было.
Сервелат пах не колбасой, а праздником.
А между праздниками мы и так вкусно и сытно ели-пили и ни в чем себе не отказывали. С какого хуя голодала Никитишна, непонятно. Тем более, что Москву и Питер снабжали по той же системе, что и Украину. Чо, я не помню, как деревенские ездили в Москву скупляться точно также, как и в Украину. Ну, чего пиздеть-то?
Не, ну, понятно, что "Азбук вкуса" и "Рамсторов" не было, но... Поднапрягитесь-ка теперь и назовите мне хоть один продукт или предмет какой-нибудь, который сейчас доставил бы вам такое же оргазмическое удовольствие, найди вы его в магазине, как тогда конфеты "Мишка на севере", которые выдавали Никитишне в обмен на конголезские сказки (вот тоже бред, да?). Да не назовёте ни одного. Не напрягайтесь, расслабьтесь.
Или вот я в Бразилию прилетел, на асаи набросился, два года не ел его. Так обоссался от счастья. А ел бы я его в Москве каждый день, глаза б мои на него уже не смотрели.
Доступность радостей нивелирует их ценность, вот что.
А чо, кстати, с искусством там было, литературой, кино? Никитишна пишет про Трифонова, как одного из лучших писателей той эпохи. А я, кроме Трифонова, вам сходу еще с десяток имен назову. Потом подумаю, и еще с десяток выдам. И из кино выдам, и из литературы, да хоть из спорта. Ну, до хуя назову. А теперь что нам там за культурный багаж такой-растакой оставили свободные девяностые и нулевые? Что, все свободны? Надо бы конечно, Никитишну об этом спросить. Но она же по скромности саму себя не назовет. А кроме Никитишны кто еще? Тока не надо опять про Пелевина / Сорокина. А то мамутом сразу начинает подванивать.
Не, всё понятно, строй был дряным, руководство страдало от старческого маразма, свободы отсутствовали, и все такое, но, знаете... я вот не помню, чтоб я сам страдал от всего этого. Не помню. Мне было пиздато тогда. Да, пиздато.
11 января 2009 г.
Я хочу, чтобы они умерли
Как вы думаете, все перечисленные в коммерсантовской статье упыри когда-нибудь сгинут с поверхности планеты? Все эти Мамуты, Райхштейны, Лейбманы, все эти неприятные существа, они когда-нибудь исчезнут из нашего вида? Я в одной своей статейке для одного портала поприветствовал кризис, в котором углядел метлу, которая погонит на хуй всю эту шоблу-ёблу со двора. И чо-то она не метет? А может рановато еще? Может надо подождать немножко? Может - вот такая чудесная мысль сейчас пришла - это их предсмертная пляска? А? Может это последние портреты ихние, и некий фотограф Левитин уже анахорет и вошел в историю как летописец уходящей эпохи? Скажите кто-нибудь мне, что это правда. Ну, скажите.
Мне лично все эти граждане ничего плохого не сделали, более того, хорошо платили за то, что я для них пел, но объясните мне, почему я их так ненавижу, всем существом своим презираю? Почему меня тошнит от одного лишь созерцания их счастливых рож? Почему я отказываю им в человеческом статусе и в облике тоже отказываю? Почему мне хочется - буду честным, мне, правда, хочется - чтоб они все погибли разом, сгинули всем табуном в одном большом природном дизастре? Ну, свалилась бы какая-нибудь волшебная лавина на этот Куршевель и накрыла бы их там всех, или хуйнуло бы какое-нибудь прекрасное цунами по Сан-Бартсу, когда они там соберутся. Ну, не знаю, не знаю. Я хочу, чтобы они все умерли, понимаете?
Вы не понимаете, и я не понимаю. Я не понимаю, почему вид отклячившей свой гудок певицы, блядь, Славы, наивульгарнейшей пизды из всех пёзд, которых я когда-либо видел, воспринимается, как пощечина мне? Как две пощечины, по обеим щекам сразу. Ну, и Слава, ну и слава Богу, трет она, блядь, свою пизду о шест в своем куршевельском гетто, ну и хуй с ней, пусть трет. Мне то что тут, за десятки тысяч километров от той своры. Я с утра делал йогу, потом меня баюкали в кресле-колыбели, потом был расслабляющий массаж с маслецом, из моего окна вид на садик с гортензиями, птички чирикают, я спокоен, я великодушен, я снисходителен, я уже похож на листик эндивия, который сегодня подали мне на ужин. С какого хуя мне сдалась эта Слава? Или "Соня Березкина, обогнавшая в заезде Анастасию Потанину на доли секунды"? (Это что, про кобыл?) Ебал я их всех по идее в рот. Но вот же сижу тут на краю земли, слюнями брызгаю направо-налево. Все гортензии за окном ядом обрызгал. ОТЧЕГО? Не знаете? Я - нет.
Шопенгауэр, которого я тут от нечего делать почитываю, призывает относиться к убогим, как к жертвам греховного и извращенного мира, в котором мы живем, то есть относиться с состраданием. А теперь полистайте фото, всмотритесь в свиные рыла на них и попробуйте наскрести сострадания. Много наскребли на этих свиней?
Хотя, свиньи, конечно, они тоже твари Божьи.
 | |
| увеличить фото ... |
Вы не понимаете, и я не понимаю. Я не понимаю, почему вид отклячившей свой гудок певицы, блядь, Славы, наивульгарнейшей пизды из всех пёзд, которых я когда-либо видел, воспринимается, как пощечина мне? Как две пощечины, по обеим щекам сразу. Ну, и Слава, ну и слава Богу, трет она, блядь, свою пизду о шест в своем куршевельском гетто, ну и хуй с ней, пусть трет. Мне то что тут, за десятки тысяч километров от той своры. Я с утра делал йогу, потом меня баюкали в кресле-колыбели, потом был расслабляющий массаж с маслецом, из моего окна вид на садик с гортензиями, птички чирикают, я спокоен, я великодушен, я снисходителен, я уже похож на листик эндивия, который сегодня подали мне на ужин. С какого хуя мне сдалась эта Слава? Или "Соня Березкина, обогнавшая в заезде Анастасию Потанину на доли секунды"? (Это что, про кобыл?) Ебал я их всех по идее в рот. Но вот же сижу тут на краю земли, слюнями брызгаю направо-налево. Все гортензии за окном ядом обрызгал. ОТЧЕГО? Не знаете? Я - нет.
Шопенгауэр, которого я тут от нечего делать почитываю, призывает относиться к убогим, как к жертвам греховного и извращенного мира, в котором мы живем, то есть относиться с состраданием. А теперь полистайте фото, всмотритесь в свиные рыла на них и попробуйте наскрести сострадания. Много наскребли на этих свиней?
Хотя, свиньи, конечно, они тоже твари Божьи.
Грамадо. Назад в Рио.
Гибну от тоски в этом "лучшем спа континента". Все вокруг стерильно и белым-бело, врачи улыбчивы, почти блаженны (особенно нутришистка), вот-вот начнут источать миру, жрачка, да, семь раз в день, но все это зеленые листики да жидкие супчики, бееее... вокруг пенсия на последнем издохе (душ в моем номере оборудован откидным стульчиком). Бля, куда меня занесло и, главное, зачем?Я здоровый пацан, мой доктор в моем фитнес-клубе смотрит на мои медицинские тесты и глазам своим не верит, предлагает идти и записываться в космонавты. Я за всю жизнь не посетил ни одной поликлиники (пижжю, пару раз сдавал мочу на права). Я даже не в курсе, какая там у меня группа крови. А на хуй мне ее знать?
И теперь я вот спрашиваю себя - хули я тут делаю в этом санатории-профилактории?
Еще вчера по приезду меня пришибло расписание. 7.15 - завтрак. 8.00 - morning walk...- Чего чего? - вытаращил я глаза на врачиху.
- Morning walk, - не снимая белозубой улыбки, полными коралловыми устами ответила врачиха и хлопнула глазами цвета небесного.
- Боже! Блин... Я не пойду! - захлопал я в ответ желтозелеными глазами.
- Почему же, Игорь? Небольшая прогулка после завтрака только ускорит метаболические процессы в вашем организме.
Holy shit! Вы представляете меня неспешно прогуливающимся по аллейке среди аккурантно подстриженных цветочных клумбочек с руками в замке за спиной, с блаженным видом вслушивающимся в утренние трели птичек и прислушивающимся к своему метаболизму?
Еще вчера я понял, что долго тут не протяну.
Сразу после консультаций с врачами я сбежал к Боре, который оказался тут на отдыхе с семьей в отеле по соседству (встретиться случайно с чуваком, которого не видел два года, в городишке с 20 тысячами жителей где-то между Парагваем и Уругваем... пиздец... мир маленький, да, kids?), и мы выжрали две бутылки отличного местного вина марки Naturelle, ароматом и вкусом ничем не отличающиегося от моего любимого эльзасского Гевюрцтраминера. Я вернулся в спа на рогах и счастливым. Ночью душил сушняк, и я опустошил запасы воды в минибаре.
Сегодня после утренних мюсей с обезжиренным йогуртом меня положили на матрац с водой и велели полчаса на нем качаться - вода как-то несмело подрагивала внутри матраца, и вся эта хуйня называлась antistress navigator. Потом меня переложили на другую кровать и сунули в руки электроды. И еще полчаса лежки под тухулую музыку, которую обычно крутят в лифтах дешевых отелей. И это называлось биоэнергизация, и, как мне объяснили, через магнитные излучения мои биополя восстанавливались. За час на этих кроватях я схватил больше стресса, чем за день в Москве. А день в Москве, сами знаете, что такое.
Вообщем, к сегодняшнему вечеру я понял, что с меня хватит. И вот я только что поменял билет и в понедельник лечу обратно в Рио! Какого хрена я не зашел в него пятьсот лет тому назад по пути из Перу, не знаю. И чего я забыл тогда в Порто Алегре, что кинул тут якорь, как утверждает моя экстрасенша? Хотя пятьсот лет назад тут было все, наверняка, по-другому.
Сюда еще не доплыли немцы и не понастроили своих баварских городишек с беленными игрушечными домиками, цветастыми палисадничками и пивнушечками с гирляндами на входе и свиными рульками в меню. Да-да, представьте себе, вы подлетаете почти к самому южному краю Земли, воображаете, что вы уже в пампасах, а обнаруживаете себя в наипреснейшей неметчине. Ну, не подстава?Так что, я назад в свой Рио. Уже во вторник я выбегу ранним утром на Ипанему, пробегу два круга в оба ее конца, прыгну в океан, позавтракаю асаи или папаей с минос-жерайским сыром, днем пойду в свой любимый джим на Арпоадоре (вот он, нашел его тут), потом буду потягивать кайпиринью на пляже, бодаться с волнами, а может, мотану в Бузиос на пару дней, а может в Сеару, под самый экватор, куда мы летали с Аленой и где меня ждет мой друг Эдвальдо, а, может, на Илья Грандже, куда мы плавали с Мутти, а может, чего не бывает, получится влюбиться - это я поставил себе такую задачу исправиться в этом году - ну а тогда, все планы на смарку.
9 января 2009 г.
Родина
А знаете, чего забыл вам сказать, детки? Здесь мне так пиздато, как может быть пиздато человеку на его Родине. Я еще из самолета выкатил и меня вштырило не по-детски. Первый день вообще ходил по Рио причумленным с дебильноватой улыбкой - все же я здесь два года не был.А я говорил вам, как моя экстрасенша по карте водила, искала мои истоки? Да... вроде говорил. Короче, лет пятьсот назад или около того я был перуанским принцем, и меня вроде как траванули, чтобы я только трон царский не занял. Ну это я говорил, кажется. А вот потом, после того, как я двинул кони и родился снова, я оказался уже мореплавателем и покинул на хуй ту недоброжелательную Перу и сплавился по Амазонке к океану.
Первой моей остановкой в путешествии как раз и был Порто Алегре, куда я сегодня лечу. Впервые за последние пятьсот лет, прошу заметить, навещаю место. Не в Рио я остановился после Перу, кстати - я туда не зашел тогда почему-то - а в Порто Алегре. А это значит, что меня там сегодня по прибытию должно еще больше вштырить, чем в Рио.
Я, конечно, не знаю (и никто не знает), как там, на самом деле, обстоят дела на том свете, ну, я имею ввиду где мы шлендрали до рождения нашего или куда отправимся после смерти нашей, существует ли вся эта байда с реинкарнациями и все такое - я не знаю - но чем еще объяснить мою привязанность к этим краям. Мне же здесь пиздато, как нигде. У меня тут дом родной, полный родственников. И они меня, как положено родне, радуют. Вот так.
Вообщем, солнце светит, море плещется, музыка играет, я сбросил свою мерзкую бледную московскую шкуру, днями что-то напеваю себе под нос, хожу улыбаюсь, улыбаюсь, а по ночам сплю, представляете? там в Москве мне ведь вообще не спится, не могу заснуть, мне так тревожно там, а тут мне сны снятся красивые. И ничего мне больше не надо. Ничего.
8 января 2009 г.
Перепады широт
Здрасьте в Новом году. Начался год с черной икры у "моего друга андрея фомина", 500 евро за баночку. Продолжается флорионопольскими устрицами по 4 доллара за дюжину. Перепады широт.
Я во Флорипе, на юге Бразилии. Завтра перелетаю еще южнее, в Порто Алегре и еще 120 км на машине в Грамадо. Там в немецкой Бразилии находится один из лучших в мире медицинских спа. Называется Kurotel. Я не совсем в курсе того, чего там на самом деле будут со мной делать, но обещают за неделю лет десяток с плеч долой. Если окажется девять, потребую назад бабки. Поскольку вечера там скорее всего будут преспокойные, попробую вести дневник с отчетами о необыкновенных процедурах, через которые мне предстоит пройти.
Запись ниже сделана в самолете Париж - Рио 1 января 2009:
"Вторая бутылочка бордо. Читаю «Падение Кумиров» Ницше. Уже на первых пяти страницах с десяток максим, нада записать:
1. Без выходящего за всякие рамки веселья не удастся никакое дело.
2. Только излишек силы и служит доказательством силы.
3. Для того, чтобы жить в одиночестве, надо быть или животным, или богом.
4. То, что меня не убьёт, сделает меня сильнее. (Это мне как никому другому известно)
5. Ты ищешь последователей? Тогда ищи людей ничтожных: нулей!
6. Говорят, что у злых людей не бывает песен? А почему же тогда у русских есть песни? (Жесть!)
7. Червяк, на которого наступают ногою, заворачивается вверх. Так у него меньше шансов быть опять раздавленным.
8. Слишком труслив, чтобы лгать. (До хуя таких знаю)
9. Формула моего счастья: одно «да», одно «нет», прямая линия, цель. (Графически представляется как стоячий хуй с яйцами)"
А это пляж Galheta, на котором мы проводим большую часть времени во Флорипе. Серферы, нудисты, парочки в кустах, ну и все такое... не важно...
Я во Флорипе, на юге Бразилии. Завтра перелетаю еще южнее, в Порто Алегре и еще 120 км на машине в Грамадо. Там в немецкой Бразилии находится один из лучших в мире медицинских спа. Называется Kurotel. Я не совсем в курсе того, чего там на самом деле будут со мной делать, но обещают за неделю лет десяток с плеч долой. Если окажется девять, потребую назад бабки. Поскольку вечера там скорее всего будут преспокойные, попробую вести дневник с отчетами о необыкновенных процедурах, через которые мне предстоит пройти.
Запись ниже сделана в самолете Париж - Рио 1 января 2009:
"Вторая бутылочка бордо. Читаю «Падение Кумиров» Ницше. Уже на первых пяти страницах с десяток максим, нада записать:
1. Без выходящего за всякие рамки веселья не удастся никакое дело.
2. Только излишек силы и служит доказательством силы.
3. Для того, чтобы жить в одиночестве, надо быть или животным, или богом.
4. То, что меня не убьёт, сделает меня сильнее. (Это мне как никому другому известно)
5. Ты ищешь последователей? Тогда ищи людей ничтожных: нулей!
6. Говорят, что у злых людей не бывает песен? А почему же тогда у русских есть песни? (Жесть!)
7. Червяк, на которого наступают ногою, заворачивается вверх. Так у него меньше шансов быть опять раздавленным.
8. Слишком труслив, чтобы лгать. (До хуя таких знаю)
9. Формула моего счастья: одно «да», одно «нет», прямая линия, цель. (Графически представляется как стоячий хуй с яйцами)"
А это пляж Galheta, на котором мы проводим большую часть времени во Флорипе. Серферы, нудисты, парочки в кустах, ну и все такое... не важно...
31 декабря 2008 г.
Конфетти
В ЭТОМ ГОДУ Мне исполнилось 42, Муттиляйн 49, моей матери 80 (ездили с Чукой в деревню, поздравляли, пели песни в караоке). 
Купил себе новенький CADILLAC GMX 322 (CTS) вот такого примерно цвета. Помирился с Олей Слуцкер, с которой мы не разговаривали два года из-за того, что после "Астры" я признался ей, что подтусовал результаты голосования. Помирившись с Олей, опять записался в фитнес-клуб. В Worldclass, думаете? Не верно. В Физкульт. Просто он у меня под домом. В моей телефонной книжке появились новые имена, пойдем по алфавиту: Аня Аверина (поет в моем оркестре на бэке), Таня Арно (обещала родить мне двух кудрявых близнецов), Вероника Белоцерковская (поразила тем, что на моих глазах своими руками без помощников приготовила обед из трех блюд на троих за 30 минут), Саша Бронштейн (дал порулить своим Фальконом на пути из Ниццу в москву), Света Вольнова (дала две установки - петь до конца дней своих и искупать грех любви своей, чувствую тоже до конца дней своих), Данила Козловский (не пришел на мой ДР и не спел со мной в питерском караоке, вообщем ни хуя не сделал для того, чтоб стать моим другом, сотру номер прям сщас), Елисей Косцов (прямиком попал в галерею моих soulmates тут на этом блоге справа), Антон Красовский (ел со мной стейк в 4 утра в "Жан-Жаке", никому раньше я не назначал столь поздние свидания), Рома Литвинов (который Muijuice, решили посотрудничать и начать с ремикса на "Песню о звездах" из "Красной Шапочки"... Там высоко, высоко, кто-то пролил молоко... помните?), Амалия Мордвинова (снимались вместе в Generation P), Марко Антонио Наката (весь год работали во славу Бразилии, он в качестве культурного атташе бразильского посольства, а я по доброй воле, пару недель назад закончил свою миссию и покинул Россию), Сергей Николаевич (смотреть здесь), Нури (марроканский аркадий новиков, гулял нас с Фоминым по своим марракешским ресторанам, прилетел на мой ДР в Москву), Леша Остроухов (написал мне письмо: "Считаю, что ты сейчас один из лучших на местной эстраде. У тебя определенно есть реализованный талант в направлении музыки. И твоей главной целью в скором времени должно стать - безнапряжное спонтанное выражение себя в музыке своими собственными силами", спасибо, Лёша!), Гульнара Сарсенова (мы впервые сыграли на ее кинофестивале "Евразия"), Наташа Федорова (мой первый концертный продюсер, обещала завалить в следующем году концертами), Ира Хакамада (вместе пили Dom Perignon 1975 года в погребах Шампани), Александр Шаталов (в 1995 году публично выбросил первый номер Ома в мусорную корзину, а в 2008-м предложил издать книгу из моих текстов и омовских, в том числе). Дал себе слово больше не писать в СМИ за деньги, то есть окончательно завязал с профессиональной журналистикой. В мою жизнь вернулся Егор и подарил мне на день рождения золотые часы Patek Philippe (965,000 рублей) и сам день рождения тоже (1,755,550 рублей). Дал семь концертов (лайвов, как я их называю) в период с 7 сентября (Первый Лайв) по 24 декабря (Седьмой Лайв, рождественский). После Пятого Лайва (на ДР Собчак) расстался со своим так называемым Черно-Белым Оркестром, да-да, того состава больше нет (Парни, если кто из вас читает, Саша, Петя, Юра, Влад, Дима, Тигран, девочки Оксана, Наташа, спасибо за службу, я буду скучать по вас, ну, и само собой, буду рад с вами поработать, если что). Не влюбился ни разу, это пиздец, конечно, как хуево! Надо будет исправиться в следующем году. 
Мутти снялась в зимнем номере журнала Icons в роли моего ангела-хранителя, так оно и есть последние 7 лет. Побывал в Маракеше, Имлиле, Уалидии, Ницце, Каннах, Кап-д'Ай, Кап-Фера, Астане, Алмате, Киеве (везде, кроме Киева, впервые), не густо для номада, мда. "Мой друг Андрей Фомин" торжественно вручил мне "Гламораму-2009", ебануцца какое счастье. Денис Бояринов стал первым зрителем, подарившим мне цветы на сцене. Меня, как и все прошлые годы, стриг Миша Иванов.
Вот и сегодня он заехал ко мне. С утра я поехал в "Подиум" за майкой Raw7, я хотел одеть ее в Рио, на ней такая смешная аппликация с кающейся Марией-Магдалиной, в Рио такой трэш любят, но майки не оказалось, хотя еще вчера по телефону говорили, что такая есть. Потом, как я сказал приехал Миша, я оставил ему ключ от кадиллака, чо он месяц будет стоять безхозным на холоде. А потом я вдруг взял и заснул, мне снился странноватый сон, в котором я спасался от кого-то бегством, была погоня и еще какая-то чушь, я проснулся, потому что под окнами бабахнули фейерверком, позвонил "мой друг Андрей Фомин" и сказал, что раскладывает черную икру на кукурузные лепешки. Сейчас приму душ и поеду поем икры.
Вот и весь он, мой год. Ведь за оставшиеся до его конца три часа уже ничего такого-этакого не случится?
До свиданья.
Купил себе новенький CADILLAC GMX 322 (CTS) вот такого примерно цвета. Помирился с Олей Слуцкер, с которой мы не разговаривали два года из-за того, что после "Астры" я признался ей, что подтусовал результаты голосования. Помирившись с Олей, опять записался в фитнес-клуб. В Worldclass, думаете? Не верно. В Физкульт. Просто он у меня под домом. В моей телефонной книжке появились новые имена, пойдем по алфавиту: Аня Аверина (поет в моем оркестре на бэке), Таня Арно (обещала родить мне двух кудрявых близнецов), Вероника Белоцерковская (поразила тем, что на моих глазах своими руками без помощников приготовила обед из трех блюд на троих за 30 минут), Саша Бронштейн (дал порулить своим Фальконом на пути из Ниццу в москву), Света Вольнова (дала две установки - петь до конца дней своих и искупать грех любви своей, чувствую тоже до конца дней своих), Данила Козловский (не пришел на мой ДР и не спел со мной в питерском караоке, вообщем ни хуя не сделал для того, чтоб стать моим другом, сотру номер прям сщас), Елисей Косцов (прямиком попал в галерею моих soulmates тут на этом блоге справа), Антон Красовский (ел со мной стейк в 4 утра в "Жан-Жаке", никому раньше я не назначал столь поздние свидания), Рома Литвинов (который Muijuice, решили посотрудничать и начать с ремикса на "Песню о звездах" из "Красной Шапочки"... Там высоко, высоко, кто-то пролил молоко... помните?), Амалия Мордвинова (снимались вместе в Generation P), Марко Антонио Наката (весь год работали во славу Бразилии, он в качестве культурного атташе бразильского посольства, а я по доброй воле, пару недель назад закончил свою миссию и покинул Россию), Сергей Николаевич (смотреть здесь), Нури (марроканский аркадий новиков, гулял нас с Фоминым по своим марракешским ресторанам, прилетел на мой ДР в Москву), Леша Остроухов (написал мне письмо: "Считаю, что ты сейчас один из лучших на местной эстраде. У тебя определенно есть реализованный талант в направлении музыки. И твоей главной целью в скором времени должно стать - безнапряжное спонтанное выражение себя в музыке своими собственными силами", спасибо, Лёша!), Гульнара Сарсенова (мы впервые сыграли на ее кинофестивале "Евразия"), Наташа Федорова (мой первый концертный продюсер, обещала завалить в следующем году концертами), Ира Хакамада (вместе пили Dom Perignon 1975 года в погребах Шампани), Александр Шаталов (в 1995 году публично выбросил первый номер Ома в мусорную корзину, а в 2008-м предложил издать книгу из моих текстов и омовских, в том числе). Дал себе слово больше не писать в СМИ за деньги, то есть окончательно завязал с профессиональной журналистикой. В мою жизнь вернулся Егор и подарил мне на день рождения золотые часы Patek Philippe (965,000 рублей) и сам день рождения тоже (1,755,550 рублей). Дал семь концертов (лайвов, как я их называю) в период с 7 сентября (Первый Лайв) по 24 декабря (Седьмой Лайв, рождественский). После Пятого Лайва (на ДР Собчак) расстался со своим так называемым Черно-Белым Оркестром, да-да, того состава больше нет (Парни, если кто из вас читает, Саша, Петя, Юра, Влад, Дима, Тигран, девочки Оксана, Наташа, спасибо за службу, я буду скучать по вас, ну, и само собой, буду рад с вами поработать, если что). Не влюбился ни разу, это пиздец, конечно, как хуево! Надо будет исправиться в следующем году. 
Мутти снялась в зимнем номере журнала Icons в роли моего ангела-хранителя, так оно и есть последние 7 лет. Побывал в Маракеше, Имлиле, Уалидии, Ницце, Каннах, Кап-д'Ай, Кап-Фера, Астане, Алмате, Киеве (везде, кроме Киева, впервые), не густо для номада, мда. "Мой друг Андрей Фомин" торжественно вручил мне "Гламораму-2009", ебануцца какое счастье. Денис Бояринов стал первым зрителем, подарившим мне цветы на сцене. Меня, как и все прошлые годы, стриг Миша Иванов.Вот и сегодня он заехал ко мне. С утра я поехал в "Подиум" за майкой Raw7, я хотел одеть ее в Рио, на ней такая смешная аппликация с кающейся Марией-Магдалиной, в Рио такой трэш любят, но майки не оказалось, хотя еще вчера по телефону говорили, что такая есть. Потом, как я сказал приехал Миша, я оставил ему ключ от кадиллака, чо он месяц будет стоять безхозным на холоде. А потом я вдруг взял и заснул, мне снился странноватый сон, в котором я спасался от кого-то бегством, была погоня и еще какая-то чушь, я проснулся, потому что под окнами бабахнули фейерверком, позвонил "мой друг Андрей Фомин" и сказал, что раскладывает черную икру на кукурузные лепешки. Сейчас приму душ и поеду поем икры.
Вот и весь он, мой год. Ведь за оставшиеся до его конца три часа уже ничего такого-этакого не случится?
До свиданья.
29 декабря 2008 г.
Год Йоля. Третий круг
Этот год был щедрым на подарки. Все жертвоприношения были сделаны, все миры сошлись в Мидгарде. )
В марте я познакомился с Сережей Николаевичем. Он был первым человеком в Москве, протянувшим мне по возвращению руку. Не одну, обе руки.
С. Николаевич в Citizen K:
"Первый раз мы встретились в начале марта. Под ногами хлюпал мокрый снег. Мимо спешили мужчины с нарциссами - праздник, праздник... Я пришел раньше и ждал его у входа в кондитерскую, которая была еще закрыта. Смутно помнил, что ИГ - человек южный, а Рио де Жанейро должен был усилить его южную жгучесть. Но нет, на фоне московского снега он показался мне скорее бледным, чем-то похожим на бедуина, непонятно зачем забредшего на Тверской бульвар и не очень понимающего, что делать дальше, куда идти и как из всего этого выбираться..."
Серж, та твоя поддержка много значила для меня. Я знал, я чувствовал, что вот-вот должен обернуться. Потому что старый круг замкнулся. Я обнулился. Я начинал опять все сначала. Это и правда было похоже на рождение новой жизни - кто-то должен был принять меня на руки, как акушер принимает ребенка. Вот ты меня и принял этой весной, оголенным и беспомощным. Ты вообще понимаешь это? )
В апреле я снялся в кино. Это был новый опыт, не считая одного съемочного дня в фильме Ф. Янковского "В движении". Но там у Филиппа было всё так плохо, что я не явился на следующий день на площадку. У Гинзбурга же все было по-взрослому: приличный гонорар, вагончик, серьезные партнеры, Пелевин, в конце концов. Но, знаете... ))) похоже, Виктор вырезал меня. По крайней мере, в тизере, который ходит в Интернете, мой текст вместо меня произносит другой актер. Виктор, не смей от меня прятаться, думая, что я обижаюсь. Режиссер обязан беспощадно избавляться от всего, что его смущает. Иначе, кина не будет. Я же хочу, чтобы оно у тебя получилось, а я останусь ну такой маленькой пикантной деталью за кадром. )
В мае в моей жизни появились Света и Максим. Света Вольнова - киевская зiрка, телеведущая, модель, красавица, философ, дива, душа. Мы познакомились на May Fashion, промотались всю ночь по Москве. На следующее утро я проснулся в угловом люксе Балчуга-Кемпински в их постели. ))) Так у меня появилась еще одна семья.Теперь у меня есть дом в Киеве и балкон, нависающий над Майданом, и еще утренний кофе, который у Светы никогда не получается, и розовый халат Максима.
В июне со мной заигрывала власть, в то время, как я заигрывал с музыкой. С властью у нас ничего не вышло. На Форуме-2020 на меня что-то нашло, я стал наезжать на собрание, между мной и Сурковым возникла перепалка, или, как писали, полемика. Моя политическая карьера закончилась, не начавшись. Но началась другая. Пару дней до форума на вечеринке Citizen K я спел с Esthetic Education. Это был мой первый гиг с настоящими музыкантами, не считая выступления с "Агатой Кристи" в 1997 году, когда я исполнил их песню "Ураган". Пел я с "эстетиками " неважно, от волнения напился. Синергии между нами не возникло. Но начало прозвучало.
В июле я уже репетировал со своим бэндом.
Так за четыре месяца этого года был приведен в движение новый третий круг моей жизни.
В июле я уже репетировал со своим бэндом.
Так за четыре месяца этого года был приведен в движение новый третий круг моей жизни.
28 декабря 2008 г.
My downshifting map: 19.07.2006 - 01.03.2008
Итак, 1 марта 2008 года закончился очередной период моих скитаний, не первый в моей жизни и явно не последний. Начался он 19 июля 2006 года и закончился 1 марта 2008 года. Итого, 19 месяцев и неделя. На карте все 18 остановок во время этого пути:
Download: KML RSS | Create a Map
Download: KML RSS | Create a Map
Февраль 2008. Сибирь. Сеня
21 февраля вместе Ольхен и шутками-прибаутками я перелетел из Таганрога в Ханты-Мансийск.
Дело в том, что Муттиляйн имеет самое прямое отношение к кинофестивалю "Дух огня", и я, как муж её, там на особых правах. Каждый раз у меня просторный полулюкс и трепетнейшее отношение со стороны штаба. Мутти - директор московской дирекции фестиваля, не халам-вам-балам.
Впервые я прилетел в ХМ в феврале 2007-го. То был самый настоящий трансконтинентальный перелет из плюс-сорокоградусного Рио в минус-сорокоградусную Сибирь. И на том ведь не закончилось. Через 3 дня я уже был в Карачи, еще через день в Катманду. Ну, вы помните.
Дело в том, что Муттиляйн имеет самое прямое отношение к кинофестивалю "Дух огня", и я, как муж её, там на особых правах. Каждый раз у меня просторный полулюкс и трепетнейшее отношение со стороны штаба. Мутти - директор московской дирекции фестиваля, не халам-вам-балам.
Впервые я прилетел в ХМ в феврале 2007-го. То был самый настоящий трансконтинентальный перелет из плюс-сорокоградусного Рио в минус-сорокоградусную Сибирь. И на том ведь не закончилось. Через 3 дня я уже был в Карачи, еще через день в Катманду. Ну, вы помните.
В этот раз ХМ тоже оказался транзитом - между Таганрогом и Москвой. Всю неделю я спал, спал и спал. Выходил из номера пожрать, возвращался и спал, спал, спал.
Я проспал целую неделю. Я не посмотрел ни одного фильма, не пошел ни на открытие, ни на закрытие. Даже в тайгу не выходил. Спал. Было лишь три вылазки: на концерт подруги Свиридовой, в караоке-клуб при отеле и на ферму сибирских хаски.
На ферме я тщетно пытался подружиться с хмурым голубоглазым Сеней, который, как объяснил его хозяин, "стеснялся нас".
Я проспал целую неделю. Я не посмотрел ни одного фильма, не пошел ни на открытие, ни на закрытие. Даже в тайгу не выходил. Спал. Было лишь три вылазки: на концерт подруги Свиридовой, в караоке-клуб при отеле и на ферму сибирских хаски.
На ферме я тщетно пытался подружиться с хмурым голубоглазым Сеней, который, как объяснил его хозяин, "стеснялся нас".
Хаски - порода приветливая и дружелюбная. Вывели их чукчи, никогда не использовали ни для охоты, ни для охраны. У хаски единственная функция - тянуть сани, груженные чукчами. Поколениями их держали в юртах, укладывали рядом с собой на ночь для согрева, поэтому хаски генетически запрограммированы на то, что человек - их лучший друг.
Сеня же смотрел исподлобья и не желал вылезать из будки. Не помогали ни булочка, ни уговоры. Ну а поскольку мы были гости московские и вроде как знатные, хозяин пошел ради нас на меру крайнюю и дерзкую - выдернул Сеню из будки за цепь.
Сеня не рычал, не щетинился, лишь отводил взгляд и тупился в землю. Он, действительно, оказался стеснительным. Я почесал сенин подбородок, Сеня отвернулся. На том наше знакомство и закончилось.
Сеня же смотрел исподлобья и не желал вылезать из будки. Не помогали ни булочка, ни уговоры. Ну а поскольку мы были гости московские и вроде как знатные, хозяин пошел ради нас на меру крайнюю и дерзкую - выдернул Сеню из будки за цепь.
Сеня не рычал, не щетинился, лишь отводил взгляд и тупился в землю. Он, действительно, оказался стеснительным. Я почесал сенин подбородок, Сеня отвернулся. На том наше знакомство и закончилось.
У меня за всю жизнь было две псины. Первый - американский кокер-спаниэль. Я обзавелся им, когда жил в общаге МГИМО. Не помню, как его звали. Он прожил со мной недели две и погиб от ложного крупа. Умирал, как положено, на моих коленях. Смотрел мне в глаза и задыхался. После его смерти я зарекся заводить собаку.
Прошло восемнадцать лет, те чувства от потери стерлись, и у меня появился Робин, шоколадный лабрадор. Робин прожил со мной год. Потом пришла пора прощаться. Я уезжал из России, не понимая куда и насколько.
Помню день, когда пришли за ним. Сотрудница таможни зашла в квартиру и воскликнула: "Какой красавец! Неужели папе не жалко отдавать такого красавца?" Я не смог подняться с дивана. "Иди, - сказал я Робину, - иди погуляй немножко".
Я вышел на балкон. Смотрел, как его уводят. Перед тем, как зайти в арку двора, Робин поднял морду в сторону моего балкона. Я отпрыгнул, забежал в квартиру. На следующий день позвонил в таможню, попросил разрешения увидеться. Сотрудница отсоветовала: "Вы понимаете, это ни к чему сейчас, ни вам, ни собаке. Если будете скучать, приезжайте месяца через два. Так будет легче. И вам, и ему". "Почему через два?" - спросил я. "А он вас просто не узнает".
И я вот думаю сейчас, может быть, хаски Сеня каким-то собачьим чутьем унюхал во мне предателя. И не стеснялся меня вовсе, а презирал.
Мы с Ольхен уезжали с фермы, и вдруг я спросил заводчика, сколько стоит щенок хаски. Выпалил спонтанно как-то, неожиданно. Тут же оссекся, замял фразу. Хозяин не расслышал вопроса, переспросил.
- Нет, ничего. Эт я так, эт я просто так...
1 марта я вернулся в Москву.
Прошло восемнадцать лет, те чувства от потери стерлись, и у меня появился Робин, шоколадный лабрадор. Робин прожил со мной год. Потом пришла пора прощаться. Я уезжал из России, не понимая куда и насколько.
Помню день, когда пришли за ним. Сотрудница таможни зашла в квартиру и воскликнула: "Какой красавец! Неужели папе не жалко отдавать такого красавца?" Я не смог подняться с дивана. "Иди, - сказал я Робину, - иди погуляй немножко".
Я вышел на балкон. Смотрел, как его уводят. Перед тем, как зайти в арку двора, Робин поднял морду в сторону моего балкона. Я отпрыгнул, забежал в квартиру. На следующий день позвонил в таможню, попросил разрешения увидеться. Сотрудница отсоветовала: "Вы понимаете, это ни к чему сейчас, ни вам, ни собаке. Если будете скучать, приезжайте месяца через два. Так будет легче. И вам, и ему". "Почему через два?" - спросил я. "А он вас просто не узнает".
И я вот думаю сейчас, может быть, хаски Сеня каким-то собачьим чутьем унюхал во мне предателя. И не стеснялся меня вовсе, а презирал.
Мы с Ольхен уезжали с фермы, и вдруг я спросил заводчика, сколько стоит щенок хаски. Выпалил спонтанно как-то, неожиданно. Тут же оссекся, замял фразу. Хозяин не расслышал вопроса, переспросил.
- Нет, ничего. Эт я так, эт я просто так...
1 марта я вернулся в Москву.
26 декабря 2008 г.
21.02.2008. Таганрог. Конец ссылки
21 февраля я покинул свою добровольную ссылку, еще больше возненавидев город, в котором родился и прожил 21 год, то есть ровно половину своей жизни.
Сам город красивый. Не в пример совковым городам, тому же Ростову, что поблизости. Гулять по его старой части в ранние утренние часы, когда на улицах еще нет людей, правда, одно удовольствие.
Таганрог был заложен Петром на пять лет раньше Петербурга, из него хотели делать российскую столицу (чтоб вы знали), поэтому застраивали его с любовью, приглашая на это дело сплошь итальянцев да голландцев.
Из-за порта тут скапливались большие деньги, зарабатываемые на контрабанде и заморской торговле. Весь девятнадцатый век купцы застраивали город домами, отделкой и убранством не уступающими европейским дворцам и питерским царским палатам.
Вообщем город совсем не русский, каждый второй дом в даунтауне - архитектурная жемчужина, но городом управляет бандитская свора, последовательно и безжалостно его уничтожающая. Если бы у старых камней были вены, то эти суки уже захлебнулись бы в их крови.
Что происходит? Местные упыри с бабками, например, сносят исторические особняки, оформляя за взятки у главного городского архитектора Рябоштанова бумаги о том, что здания якобы не подлежат реконструкции (потому что снести дом дешевле, чем его восстанавливать) и строят на их месте новые дворцы, не уступающие в своей грандиозной убогости рублевскому говношику. У кого денег поменьше, тот делает так: стены оставляются, керамические панно с львиными мордами на фасаде закрашиваются дешевой нитро-краской, наличники со столетними изразцами выдираются, на их место устанавливаются польские стеклопакеты, а на крыше, прям над закрашенными кариатидами, достраивается пластиковая мансарда, которая будет сдаваться в аренду приезжим на лето туристам.
Самое циничное преступление таганрогское тварьё сотворило пару лет назад, выкорчевав и выбросив на хуй на свалку знаменитую таганрогскую Каменную лестницу. Двести монолитных ступеней из сарматского камня, каждая длиной в 7 метров, привезенных в город из итальянских каменоломен, двести ступеней, из которых итальянский архитектор Боффо в 1823 году выложил лестницу в подражание знаменитой афинской лестнице, ведущей на Акрополь, и которая стала прообразом Потемкинской лестницы в Одессе, двести ступеней, по которым спускались к морю Чайковский, царь Александр, та же Фаня Фельдман-Раневская и тот же Чехов, двести бесценных камней по распоряжению таганрогского мэра были демонтированы и вывезены на городскую свалку, откуда их растащили теже, блядь, таганрогские нувориши, чтобы умостить ими свои подворья. Теперь Каменная лестница выложена ступеньками из прессованной мраморной крошки, которая вся уже в сколах, но по сути Каменной лестницы больше нет.
Но знаете, что самое мерзкое во всем этом? То, что ни одна из сук, проживающих в этом трехсоттысчном городе, не пикнула, не подала ни одного голоса против, не было организовано ни одного протестного комитета, ни одного пикета, никаких петиций, никаких воззваний. И знаете, почему? Потому что им всем было по хую. Им всем в том городе вообще всё по хую. Это я вам говорю, как бывший житель, как человек, проживший там половину своей жизни. Потому что город тот состоит сплошь из меркантильных, алчных, мелких, жалких мещан, все интересы которых сводятся к набиванию собственного брюха и для которых пространство дальше своего брюха - чужое. Им оно просто по хую.
Вот та самая Манька-спекулянтка, которую так смешно показывает Фаина Георгиевна, но о которой с такой ненавистью отзывается в интервью, вот она и есть - типичный образчик коренного таганрожца. Фаина Георгиевна не уточняет, конечно, кого она имеет ввиду под Манькой, потому что в том же интервью она говорит о сострадании, как о "самом привычном ей чувстве", но мне-то понятно, о ком она говорит (Крымова: "Вы видели таких, как Манька, в жизни?" Раневская: "Видела. К сожалению. Ненавижу их. Мне стыдно за них". Крымова: "Почему вам должно быть стыдно?" Раневская: "Они ж считают, что они - люди"). Манька Раневской даже разговаривает на суржике, украинско-русском наречии, на котором, собственно, и говорят "люди" Таганрога.
Мерзотнее популяции, чем таганрогская, я не наблюдал нигде в мире. Что их там всех однажды испортило, я не знаю. Даже Чехов не дает на это ответа, хотя все его "ионычи" и "человеки в футлярах" сплошь таганрожцы, то есть у каждого из них есть свой прототип, житель города. Об этом можно прочитать на табличках на некоторых таганрогских домах. Горький о Чехове пишет так: "Никто до него не умел так правдиво нарисовать позорную и тоскливую картину жизни людей в тусклом хаосе мещанской обыденщины". Это про Таганрог. Но с другой стороны, не проживи Чехов в этом городе 19 лет (Раневская уехала из города тоже в 19, отец даже не закрыл двери дома, уезжая, так спешили уехать), не вышло бы из него такого великолепного мизантропа, каким мы его знаем. Помните про выдавливание из себя раба по каплям? Это тоже про Таганрог и про желание избавиться от ничтожества, коим заражаешься, как вирусной болезнью, живя в том городе.
Чехов пишет своему петербургскому издателю Лейкину: "Такая тут кругом Азия, что просто глазам не верю! 60 000 жителей занимаются только тем, что едят, пьют, плодятся, а других интересов - никаких! Куда ни явишься, всюду куличи, яйца, сантуринское, грудные ребята, но нигде нет ни газет, ни книг... Местоположение города прекрасное, климат великолепный, плодов земных тьма, но жители инертны до чертиков... Нет ни патриотов, ни поэтов, ни даже приличных булочников".
Еще: "Во всём городе я не знал ни одного честного человека. Мой отец брал взятки и воображал, что это дают ему из уважения к его душевным качествам; гимназисты, чтобы переходить из класса в класс, поступали на хлеба к своим учителям, и эти брали с них большие деньги... во время набора брали и врачи, а городовой врач и ветеринар обложили налогами мясные лавки и трактиры..."
Я бы к Антон Палычу добавил баб-хамок (в каждой лавке или забегаловке обязательно будет как минимум одна продащица или официантка, которая сидит там содной целью - вас опустить), врачей-садистов (мою мать после операции бросили на ночь одну в палате, мать искала попить, упала с кровати, пролежала на полу до утра, и ни одна из фашисток, что дежурили ночью, не заглянула в палату, которая была, кстати, вип, и за которую я отстегнул главврачу больницы бабки), открытые люки посредине главных городских дорог (я разбил ходовую года три назад, влетев колесом в дырку), гололед с примесью мочи (все ссут, где приспичит) и крови (любые танцы, свадьбы, гуляния заканчиваются побоищем с поножовщиной), сранье и мусор на пляжах, в парках и во дворах, отключение воды, горячей и холодной, раз в неделю обязательно, саму воду, от которой у каждого второго таганрожца экзема на роже и камни в почках, стаи одичавших собак, рыскающих по ночам в самом центре города (я видел из окна, как одна такая свора разодрала в кровавые куски кошку, которая не успела забраться на дерево, не, ну не пиздец?). Еще много чего можно было бы добавить к Антон Палычу, но сил нет уже писать про всю эту гадость.
Ни из одного места не уезжал я с таким облегчением, как из Таганрога холодным февралем 2008-го. Я, к несчастью, по-прежнему вынужден возвращаться туда - у меня там мать, и я навещаю ее дважды в год. Мои визиты скрашиваются двумя дорогими мне людьми. Ильич и Ольхен. Вот они.
Мне с ними весело и хорошо. Они, вообще, крутые, чикса и пацек, это видно по фото. Я их очень люблю и даже снимал для своей короткометражки, которую, как и полагается в моем случае, не закончил. Они скрашивали мое унылое прозябание во время полугодичной таганрогской ссылки 2007 - 2008. Ильич красил эмульсионкой стены в доме, Ольхен резала ковролин. Ильич приносил из "Красного мака" булочки с джемом, Ольхен тушила капусту с сосисками. Ильич читал мне Лоуренса и Уайлда, Ольхен хохмила и отпускала шутки, на которые лишь она способна.
С Ольхен и ее шутками-прибаутками 21.02.2008 я покинул Таганрог и направился дальше... в Сибирь.
01.01.2008. Напротив Фани
Первый день этого года я провел в кровати, одинокий, несчастный, брошенный, забытый всеми. Кровать та стояла посредине пустой залы с голыми белыми стенами в купеческом особняке 19-го века, который не ремонтировался последние сто лет. Я лежал, укутавшись с головой в одеяло, на улице трещал тридцатиградусный мороз и холоднее и пустее, наверное, не было еще в моей жизни никогда. И все, чего я хотел, - умереть. Но сейчас не об этом.
Особняк тот располагался напротив другого особняка, такого же запущенного, как и мой. Но дом напротив был особенным - в 1896 году в нем родилась Фаня Фельдман, ставшая потом Фаиной Раневской.
Как и Чехов, Раневская съебала из Таганрога в юности и, как и Чехов, никогда в него не возвращалась. Город ни разу не поздравил ее ни с одним юбилеем. Она до сих пор не является почетным жителем города. Четыре семьи, которые сейчас квартируют в ее доме, постоянно обращаются к властям с просьбой о ремонте - в доме еще остались камины, у которых грелась Фаня, лестницы, по которым бегала Фаня, оконные рамы с шпингалетами, которыми Фаня колола орехи. Властей Таганрога, в результате, хватило лишь на мемориальную доску, на которой умудрились переврать отчество Раневской - она Георгиевна, вы, мудаки, блядь, тупоголовые, а не Григорьевна, как вы там написали.
Дальше больше. Этой весной ебанаты из таганрогской мэрии поставили перед домом актрисы уродский памятник, который сваяли по образу и подобию ее героини из "Подкидыша". Придуркам, работающим в отделе культуры города Таганрога, конечно, неизвестно, что Раневская всю жизнь ненавидела эту роль - ее раздражала фраза про Мулю, которую она слышала вслед из-за каждого угла, она считала, что после этого фильма режиссеры перестали воспринимать ее как серьезную актрису. Она до конца дней своих жалела, что снялась в "Подкидыше". И какими же тупыми надо было быть отморозками, этим моим землякам, таганрожцам, чтобы "увековечить" свою великую землячку в образе ее пожизненного кошмара. И как, должно быть, не по себе сейчас Фаине Георгиевне на том свете. Если свет тот существует, конечно. И если из него можно позырить на этот наш с вами придурошный мирок.
Ниже по ссылкам единственное за всю жизнь Раневской интервью, которая она дала телевидению. В общей сложности, минут 15 хронометража.
1979 год. Разговаривает с Фаиной Георгиевной известный тогда театральный критик Наталья Крымова. Раневской - 83. Снято это интервью обманом. Раневская отказывалась сниматься и говорить о себе. Телекамеру с Крымовой пустила в дом, согласившись с тем, что телевизионщики поснимают лишь фотографии на стенах. Известно, что с этими фотографиями она разговаривала по ночам, потому что на них были запечатлены дорогие ей люди. Крымова беседует с Раневской в кадре, в то время как Раневская не обращает внимания на камеру, забыв о съемке.
Вот и всё. Посмотрите, короче. Ну так, чтоб поржать, поплакать, послушать Слово, заглянуть в глаза Космосу, наполниться, как говорит Дуся. Чо вам, один хрен делать нечего...
Без дексаметазона
За последнюю неделю я отыграл два концерта. В Киеве и Никольской Слободе под Москвой. И, похоже, это последние концерты в этом году.
Связки надорваны, я не говорю, а скриплю, как ржавый дверной косяк. Голос прилично сел еще после Киева, и я думал отменить московский концерт в эту среду. Но все же рискнул, сожрав дексаметазон.
Вообщем, это, как вы знаете, допинг, который входит в список препаратов, запрещенных WADA. Именно из-за него в марте произошел допинг-скандал с биатлонисткой Моисеевой. Дексаметазон выпускается в Словении, в России отпускается без рецепта, он дешевый (47 рублей), доступный и высокоэффективный - хуярит сразу по иммунке и энергообмену. По сути это стероидный гормон стресса, одна таблетка за 40 минут до выступления стимулирует весь организм, случается резкий прилив сил, эйфория. Кровь приливает к связкам и делает их эластичными даже сверх достаточной необходимости. Этот эффект держится несколько часов. Побочкой будет бессоница в ближайщие две ночи. Сам препарат выводится из организма в течение 6 суток. Как любой гормон, дексаметазон - коварная гадость и употреблять его можно только в критических ситуациях, когда надо побеждать, чего бо оно того не стоило. Наверное, концерт в загородном доме "для своих" не является таким уж судьбоносным вызовом, но когда на связках - узлы, а глаза давно потухли от хронической усталости, и при этом нельзя подводить, нельзя и все тут, то что остается делать?
Вообщем, я закончил свои выступления в этом году, и вообще всякую активность, и жду - не ждусь ночи с 1-го на 2-е января, когда белый 777-й боинг примет меня на свой борт и вознесет в небо, взяв курс на Рио. Назад в мой Рио, город, в котором я не был без малого 2 года. И в котором я планирую за месяц набраться сил на ближайший год, который будет для меня ох каким непростым. Чтоб можно было преодолеть его без дексаметазона.
Подписаться на:
Сообщения (Atom)
